«Раны от любви, в отличии ран от пуль, никого не убивают, но и не заживают никогда».
— Альбер Камю

О любви молодых людей, которые по разным причинам не смогли воссоединиться, сложено немало стихов, песен. Их поют веками, десятилетиями. Вот и это повествование о несбывшейся мечте молодых людей, которых в свое время разлучили. В 20-х годах ХХ века в народе зазвучала адыгейская песня-гъыбзэ «Си Къэсэй», песня – плач «Мой Касей». Она звучала от имени девушки, которую разлучили с любимым и насильно выдали замуж.

Сиротство и первая встреча

У супругов Хабаху Юсуфа и Ханиф из Понежукая росло 3 сыновей и дочь. Младшему из ребят Дауту исполнился всего год, когда дети одного за другим потеряли родителей. Сирот на воспитание к себе взял дядя Сафер Хабаху. Касею с помощью дяди удалось окончить ШКМ (школу крестьянской молодежи). В них молодежь получала общеобразовательные знания в объеме семилетки, и готовились специалисты и организаторы производства сельского хозяйства. Совсем молодого Касея, получившего навыки организаторской деятельности, назначают председателем колхоза в аул Эдепсукай. После 4 лет работы его переводят в том же качестве в Вочепший. Тогда машин было единицы, больше передвигались на лошадях. Ездили на подводах, а на полях на бедарках или просто верхом. Новому председателю колхоза была выделена лошадь — красивая гнедая кобыла с белой отметиной на лбу. В ауле, куда направили парня, жила девушка, красивее которой, казалось, не было никого на свете. Касей заметил красавицу Загрет и стал оказывать ей всяческие знаки внимания. С первого взгляда на статного молодого человека, уверенно восседавшего на лошади и смотревшего на нее с восхищением, сердце девушки затрепетало.

Насильственный брак и свадьба

Загрет рано потеряла мать. Когда она и сестричка остались без матери, отец женился во второй раз. Во втором браке родилось семеро детей. И конечно, все заботы по уходу за многочисленными братьями и сестрами легли на плечи двух старших сестер. Мачеха есть мачеха, и сладкой жизни детям от первого брака не могло быть. Узнав о знаках внимания председателя колхоза к падчерице, она не одобрила их. Ей хотелось богатого жениха. Конечно, по тем временам на селе председатель колхоза — должность авторитетная, но одного авторитета хватало не всегда. А у Касея, воспитанного дядей, больших денег не было. Семья девушки, как и многие другие, пыталась получить за дочь калым побольше. И такой человек нашелся. Это был Тугуз Якуб, вдовец из Понежукая, у которого росли дочери старше Загрет. Женившись, он обязался выплатить калым в 300 рублей. Согласиться на брак девушку уговаривали аульские старики, родители, братья. За отказ подчиниться решению старших братья избили сестру. Наконец, сделка была заключена без согласия девушки. Якуб женился на Загрет. Играли свадьбу, на которую получил приглашение и Касей. Он с двумя друзьями верхом поехал на свадьбу. Гости спешились. Их встретили по всем правилам этикета. Касея пригласили в танцевальный круг показать, на что он способен. Заиграла захватывающая мелодия. С первых движений было заметно, что молодой человек умеет и любит танцевать. Конечно, среди окружающих оказались люди, посвященные в историю молодых людей, и аудитория, выражая свои эмоции возгласами, хлопками, свистом, поддерживала танцора.

Обморок невесты и последние дни

Услышав необычный шум, молодые женщины, находившиеся в комнате невесты, кинулись к окнам и раздвинули занавески. Они увидели танцора и восхищенно наблюдали за его умелыми движениями. Не удержавшись, посмотрела в окно и невеста. Увидев танцующего на ее свадьбе любимого, невеста упала в обморок. Все забегали. Очнувшись, девушка заплакала. Ее успокаивали, но она не переставала лить слезы. При этом, сколько ни пыталась, она не могла стать на ноги. С ней пришли поговорить старшие женщины, но она стала их умолять отправить ее домой в Вочепший: «От моей безысходности отказали мои ноги. Прошу вас, отвезите меня домой, и я выздоровею. Но мужа так и не смогу полюбить. Отвезите меня, пожалуйста…». Увидев состояние девушки, родня Якуба решила отвести девушку домой. Загрет отвезли в родной аул. Изнывая от случившегося, от тоски по любимому, девушка пролежала 3 дня, за которые прокрутила в голове случившееся — о раннем сиротстве, о любимом человеке, поверившем, что они будут вместе, о кознях мачехи, переиначившей ее жизнь, о нелюбимом человеке, которому отдана была в жены, о жестокости братьев. Страдания вылились в слова. Больная попросила пригласить соседку-школьницу Галимет, которой решила довериться. Ей она, вперемешку со слезами, продиктовала слова, рожденные сердечной болью. Уже через три дня Загрет умерла. Соседка, записавшая слова песни-гъыбзэ, после похорон девушки поделилась с ее родной сестрой.

Слова плача «Си Къэсэй»

«Кому повезет, тот обретает счастье, я же нашла свое счастье в трехстах рублях»,- стонала душа девушки,- «Подавитесь своими деньгами»,- бросала она в адрес тех, кто так обошелся с ней. Она просила передать любимому, как она страдала и плакала по нему, и, предчувствуя свою кончину, просила завернуть ее труп в материю, которую передаст любимый.

«…Когда играли нашу с Якубом свадьбу, пригласили танцевать моего Касея. Когда танец закончился, я упала без чувств».

«…Сиданэ шарыфы гущэр пшъэми къэсэщэк1 / Гум имылъым 1апл1ы гущэу рысагъэщэк1ыгъэр / Аджалэу сфэхъугъэ гущи сэ»

«….Я укуталась в шелковый шарф. И меня заставили обнять того, кого не признало сердце. Это стало для меня последней каплей».

«…Мое сердце болит, я пою и плачу. Прошу всех, кто будет петь ее, помнить о моей любви».

Признание Касея

Читая берущие за душу строки, сестра, не переставая, плакала. Она поклялась, что найдет способ донести плач души сестры до людей. Она решила найти человека, который смог бы положить слова сестры в мелодию. Такой самородок нашелся в ауле Ассоколай. С тех пор эту песню запели и поют до сих пор. От случившегося с любимой Касей не мог долгое время отойти. Сердце юноши не давало забыть о случившемся. Молодой парень не мог простить, что человек, знавший об их взаимных чувствах, позарился на его любимую девушку и женился на ней против ее воли. Касей решил удалиться подальше от Понежукая и Вочепшия. Этому помогло кстати полученное назначение на работу в Тахтамукай председателем сельского Совета.

Встреча на дороге и запись песни

Вспоминает учительница адыгейского языка и литературы Вочепшийской школы Римма Пшидаток: «Загрет была из семьи Турк, их прозвали «Туфаныкъохэр». Таких семей в ауле было всего три. Они были возвращенцами из Турции, и потому их так и прозвали турками. Историю трагической любви молодых я слышала в детстве от старших. Однажды я девочкой с родителями ездила на свадьбу в а. Тахтамукай. Женился один из сыновей Ачмиза Мосса. Помню, я стояла с мамой в одной из комнат, когда туда зашел тот самый красавец Касей, мужчина в расцвете сил, с усиками, о котором рассказывали мои родственники. Кто-то осмелился бросить ему: «Касей, расскажи нам вашу историю, говорят, очень интересная». — «Чтобы ее услышать, надо сначала увести детей из комнаты», — последовал ответ мужчины. Детей выпроводили из комнаты, меня не тронули. Касей молчал, но, собравшись с силами, стал рассказывать. Он рассказал о встрече с девушкой, о своих чувствах, о том, что дали клятву друг другу быть всегда вместе. «Оставалось совсем немного, когда вдруг совсем неожиданно для меня услышал, что ее выдают замуж за Тугуза Якуба, тоже понежукайца, который хорошо знал меня, знал и о Загрет. Но это его не остановило. Девушку насильно выдали замуж. Услышав эту новость, я отчаялся, ускакал на своем коне на берег реки и скакал на ней, пока у лошади не пошла пена из рта. Только тогда я остановился. Только за эту ночь я, наверное, повзрослел на десяток лет. На следующий день получил приглашение на свадьбу. Как это ни было трудно для меня, я сделал серьезное лицо и с друзьями поехал на свадьбу любимой. Когда меня пригласили танцевать, я решил, несмотря ни на что, показать, на что способен. Я в такт музыке перебирал ногами, улыбался, выделывал различные «па», а душа моя рыдала. Я тогда ничего не слышал и не видел, но совсем скоро мне рассказали, что произошло с моей девушкой и как ее отвезли в родной дом. Разозленный на Якуба, родных Загрет, я с друзьями покинул двор семьи Тугуз. Только после узнал о смерти любимой. Долго ходил сам не свой. Совсем скоро и кстати получил назначение на работу в ауле Тахтамукай и приехал сюда. Работал председателем сельского Совета. Однажды по делу ехал в Понежукай через хутор Шундук. Вижу, молодой парень косит траву вдоль дороги и поет. Слышу слова о каком-то Касее, и вдруг непроизвольный плач. Я заинтересовался, спешился и подошел к парню. — Что-то не так? — спросил я, увидев повлажневшие глаза молодого человека. — Может, нужна помощь? — Как тут поможешь в таком деле. И парень рассказал мне нашу историю. Но я не знал о песне-плаче, который сочинила моя любимая. И вот, пожалуйста, здесь на дороге услышал ее от незнакомого паренька, от которого отвернулся, чтобы не показать своих слез. Я всегда на всякий случай носил в кармане бумагу и карандаш. Попросив юношу повторить слова несколько раз, я записал слова, а мелодию запомнил. Потом слышал ее много раз от людей разного возраста».

Новая жизнь и запрет на пьесу

В Тахтамукае Касей приобрел новых друзей, товарищей. Старательный и рачительный работник тахтамукайцам пришелся ко двору. В те годы, закончив убирать урожай, устраивали празднества со скачками, с разного вида состязаниями. На одном из таких праздников было устроено состязание разукрашенных бедарок. Присутствовали и девушки. В одной из бедарок сидела девушка в национальном наряде. Все глаза зрителей были обращены на ее сае необыкновенной красоты (сейчас это платье хранится в Адыгейском национальном музее). Касей же, до неприличия долго, смотрел в лицо белокожей красавицы с длинной косой. Кольнуло сердце: «О, Аллах, как она похожа на мою Загрет», — подумал он про себя. Сае на ней так и сияло, переливаясь на солнце золотистыми цветами. Касей познакомился с девушкой. Каральхан или Фиж, как ее больше знали, была из тахтамукайского рода Ачмиз. Касей задумался о серьезных отношениях. Ведь уже не мальчик — пора обзавестись семьей. Но девушка не приветствовала его намерений. Ее стали укорять родные и знакомые: «Такой красивый парень, почему не принимаешь его ухаживаний?» Но Касей смог сам убедить девушку, что это не прихоть и не просто увлечение. Они поженились.

Вспоминает дочь Касея Чуяко Любовь Касеевна: «Вечерами часто в нашем доме собирались друзья папы. Я помню, у нас собиралось много мужчин — друзей отца. В нашем доме бывал начальник милиции Унароков Хаджибачир, приезжал из другого аула Хамтоху Аюб и другие. Часто приезжал из Майкопа друг папы Миш Ереджиб, режиссер Адыгейского театра. После трапезы они обязательно заводили песни, и первой из них была песня про потерянную любовь отца. Однажды Ереджиб приехал к Касею с друзьями — творческими ребятами, которые послушали и записали его историю. Ереджиб хотел, чтобы через театр как можно больше людей узнало об их трагической любви. Папа поблагодарил друга за добрый порыв души, но добавил: «Ереджиб, даже если такая пьеса появится, я прошу, чтобы ее не играли на сцене при моей жизни. Пойми меня, друг, это незаживающая рана, которая коснулась не только меня и девушки, а многих людей моего рода и рода девушки. Люди могут не понять… После моей смерти решай сам». Она так и не была написана, насколько мне рассказал известный театрал. Хотя однажды была сценка, как девушка едет на подводе, поет эту песню и в нее стреляют».

Память поколений

А в Тахтамукае подрастали потомки Хабаху Касея. У супругов родилось 3 детей — сын и две дочери, которые нашли свою судьбу и живут в Тахтамукае. Подросло 7 внуков, 16 правнуков и 3 праправнука Касея и Фиж. Супруги давно ушли из жизни — Касей в 1976 году, Фиж в 2013 г. Родные уважительно и бережно относятся к истории первой любви отца, дедушки и прадедушки. А песня-плач про потерянную любовь, получившая признание в народе почти 8 десятилетий назад, живет до сих пор, ее не забывают и поют и именитые артисты, и простые люди, иногда даже плачут.

Автор: Разиет Ачох