МНЕНИЕ
О танце как языке праздника и мудрости черкешенки
💬 Два взгляда на адыгскую традицию: философское осмысление танца и житейская мудрость, проверенная временем.
Язык радости и уважения
Танец на адыгской свадьбе — это язык радости, уважения и участия, и если ты не готов говорить на этом языке, то не сможешь разделить всю полноту торжества.
В прямом смысле пословица напоминает: если не владеешь танцем, то теряешь возможность быть полноценным участником праздника. В переносном — не берись за дело, если не готов к нему. Народная мудрость учит нас быть активными, поддерживать общее настроение и вносить свою лепту в событие.
Умная черкешенка
Едут из села на автобусе две женщины, у них большие сумки. Пахнет копчёным сыром, везут на рынок молочные продукты. Одна из них говорит много, обсуждает свою сноху, сколько трудностей с ней она испытывает, непослушная, своенравная. До города она говорила без умолку. А другая молча слушала. Они уже подъезжают к вокзалу.
— Я все рассказала про свою сноху, а ты ни словом не обмолвилась, неужели у тебя все так хорошо? — говорит первая.
Вторая спокойно отвечает:
— У меня старший сын со своей семьей живет в городе. Они приезжают к нам как гости, как родственники. Гости — святое, про них плохое говорить нельзя. А младший женится в этом году. Он будет жить со мной. Вот тогда если встретимся, я буду рассказывать тебе о снохе, пока не доедем до города, — улыбается умная черкешенка.
Я уверена, она стала бы самой хорошей свекровью, терпеливой, мудрой, понимающей, сердобольной — такой, какими были свекрови раньше, и уважаемой своими снохами, но ушла рано, не дожила до второй встречи с этой женщиной. (реальная история)
КАК НАРТЫ ПОЛУЧИЛИ ПРОСО
Сказание о даровании проса и подвиге Сосруко
💬 В те времена, когда боги ещё ходили среди людей, старый бог плодородия передал нартам драгоценный дар – семена благодатного проса. «Храните их как зеницу ока», – наказал он.
Нарты, разумеется, устроили пир. Когда же сварили первую кашу, оказалось, что одно зерно наполняет целый котёл! Ликование стояло такое, что даже камни в ущельях запели. Первую чашу подняли в честь старого бога. Но в тени скал притаился Емынеж – чудовище с телом дракона и лицом великана, пожиратель радости. Услышав тайну проса, он дождался ночи, убил сторожа, разнес амбар ударом хвоста и скрылся с мешком зерен. Утро принесло отчаяние.
– Найдите их! – лишь вздохнул бог плодородия, когда нарты прибежали с жалобами.
Сатаней, услышав историю, лишь покачала головой:
– Растяпы! Подарок богов проспали – теперь честь ваша в пыли.
Но смягчилась и указала путь:
– За семью хребтами, где солнце встаёт, – семьсот рек. Там, где оно застывает в зените – семь морей. А где садится – крепость Емынежа.
Нарты снаряжали отряды – один, десять, сто всадников. Никто не вернулся. Тогда пришел Сосруко. «Где этот червь?» – спросил он, уже седлая коня. Сатаней, гордо расправив плечи, повторила путь – но теперь её слова звучали не как приговор, а как вызов. Емынеж, наблюдая за Сосруко с горы, сжимал украденный мешок: «Этот Нарт не похож на прежних...» И был прав. Сосруко скакал там, где не ступала копытом лошадь, спал в колючках, жевал дикие яблоки и горькие груши. Трижды Емынеж отбирал просо, но в последней схватке, когда меч Сосруко высек искру из самого неба, чудовище пало.
Возвращение стало триумфом. Семь дней нарты плясали, семь ночей звенели чаши. А когда посеяли зерна – земля родила так щедро, что даже старый бог плодородия прослезился. В медном котле сварили кашу и поднесли Сатаней. А Сосруко, отведав первый кусок, услышал слова, дороже всех сокровищ: «Ты вернул нартам не просто просо – ты вернул им честь». Так благодаря смелости одного урожай стал не просто едой – а наследием.
РОД КОЖОКО: ТРАГЕДИЯ МУХАММАДА
История древнего уоркского рода в междуречье Аргудана и Черека
💬 Авторитетной в Кабарде была благородная фамилия уорков-дижинуго Кожоко — старый, древний род, известный ещё с конца XVI века. Вместе с родами Эльбуздуко и Салатджери они владели обширными землями от ущелья гор до нынешнего города Майский.
Кожоко имели несколько аулов, из которых остались до нашего времени нынешние села Жемтала и Нижний Черек (прежние названия — Верхнее и Нижнее Кожоково соответственно). В переписи 1825 года Якуба Шарданова значатся несколько Кожоковых, в частности, братья Кази, Канамат и Мухаммад.
Судьба последнего достаточно трагична, и я скажу о его смерти словами полковника Петрусевича: «Магомед Кожоков с женою бежал к Шамилю и там убит вместе с женою, оставив после себя в Кабарде малолетних детей».
Примерно с 1834 года двадцативосьмилетний Мухаммад, живший в своём ауле у реки Черек, начал поддерживать связи с шариатским движением в Дагестане, несмотря на то, что был военным царской армии в звании корнета и членом депутации кабардинского народа в Петербург к императору в 1844 году. Его младший брат Канамат к тому времени уже долгое время жил в Чечне. Когда в 1846 году имам Шамиль совершил поход в Кабарду, на обратном пути с ним в Чечню и Дагестан ушло немало кабардинцев во главе с Мухаммад-Мирзой Анзоровым, ближайшим другом Мухаммада.
Царские власти объявили последнего абреком, и Кожоко решил переселиться с женой в Чечню. Они выехали ночью, но, переправляясь через реку Терек у Эльхотово, наткнулись на осетин, охранявших переправу. В завязавшейся перестрелке Мухаммад и его жена были убиты… Старший брат убитого, Казий, после этого убийства переселился в Западную Черкесию. У Мухаммада остались в Кабарде сыновья – Муса, Эльмурза и шестилетний Мурзабек, который спустя двадцать лет назовёт своего сына Мухаммад-Мирзой, в честь друга своего отца.
ЧИТАЕМ
СМОТРИМ
