Трагедия Хакуринохабля: Май 1864 года
Последний оплот сопротивления и память об «огненном мае», сохранившаяся сквозь поколения.
Уничтожение аула Хакурин (Хакуринохабль) в мае 1864 года стало одним из наиболее трагических эпизодов завершающего этапа Русско-Черкесской войны (1763–1864). Этот аул, расположенный в горной части исторической Черкесии, был важным центром сопротивления и последним оплотом перед массовой депортацией черкесов.
С началом весны 1864 года тысячи черкесов — жителей разорённых аулов — укрылись в гористых и труднодоступных районах Хакуринохабля. Российская империя рассматривала этот аул как последнее «мятежное гнездо» Западной Черкесии. Командующий, генерал Н.И. Евдокимов, дал чёткий приказ: «Земля Черкесов должна быть обращена в пепел», что означало не только военное уничтожение сопротивления, но и полное разорение хозяйства и инфраструктуры.
Силы сторон и особенности обороны
Российские войска:
Отряд генерала В.А. Геймана — 10 000 солдат, 20 орудий, казаки для блокады переправ и троп.
Черкесы:
Около 2–3 тысяч защитников (включая женщин, стариков, подростков). Оборона основана на естественных пещерах, завалах деревьев и ловушках в горах.
Хроника трагедии
3–10 мая (Окружение и обстрел): Войска блокировали все возможные пути отхода, начался интенсивный артиллерийский обстрел, вызвавший сильные пожары. Большинство уцелевших жителей укрылось в горных укрытиях и пещерах.
11–19 мая (Решающий штурм): После недели осады русская пехота пошла на штурм. Из рапорта генерала Геймана: «Горцы встретили нас кинжалами и камнями. Женщины бросались на штыки, прикрывая детей...». Ответом стали поджоги пещер и лесных укрытий. По свидетельствам выживших, дым и огонь перекрывали последние надежды на спасение.
20 мая (Сожжение укрытий и исход): Солдаты поджигали леса и ущелья, где спасались семьи. Кто пытался пробиться через охрану, погибал или попадал в плен.
Потери и разрушения:
- • Погибло 1 500–3 000 человек (включая 600 детей и стариков).
- • Пленные и депортированные: около 200 (женщины и раненые, отправлены на равнину под надзор казаков).
- • Уцелело 50–70 человек, скрывшихся в лесах.
- • Полностью уничтожено около 400 домов, мечеть, школа, вырублены сады, засыпаны колодцы.
Память, боль и свидетельства
Эти трагические события глубоко врезались в народную память — как в песнях-плачах (истамбылакъуэ), так и в позднейших рассказах потомков.
Песня-плач:
«Хакурин, аул наш, стал костром...
Небо плачет дождём, а мы — кровью.
Кто уйдёт в горы — будет голодать,
Кто останется — в рабство пойдёт…»
Воспоминания выживших:
Этнограф Айтек Намиток записал слова стариков (Сирия, 1930-е): «Русские дали выбор — смерть или изгнание. Мы выбрали смерть на родной земле».
Сирийский адыг М.Б. Четук: «Когда русские солдаты окружили ущелье, женщины собрали малышей у входа в пещеру и велели сыновьям готовить ножи. Старейшина Хатид сказал: “Земля — наша мать, лучше лечь здесь навечно, чем стать невольником”. Я был ребёнком, помню огонь и дым, а потом ночь стала как могила…».
Из дневника С. Хотко (1995 г.): «Наша прабабка рассказывала: после битвы оставшиеся прятались под корнями деревьев, в зарослях ореха. Над нами летели искры, а ночью через обгоревшие деревья слышались стоны. Только несколько мальчиков решились спуститься ночью к реке — и никто не вернулся».
Многие воспоминания повторяли одну мысль: «Мы хоронили родных ночью, чтобы враг не услышал ни молитвы, ни плача».
Архивные документы и память в XX веке
Генерал Евдокимов (июнь 1864): «Аул Хакуринохабль стёрт с лица земли, дабы искоренить саму память о мятежном гнезде».
Память о Хакуринохабле — это боль живых, жертва предков и символ стойкости народа, который даже в изгнании хранил свои песни и молитвы. Отчёт ОГПУ (1927 г.) отмечает, что в ауле Хакурино-Хабль (реинкарнация уничтоженного аула) даже в XX веке сохранялась память о трагедии: «После ареста эфенди Мерекутова в 1927 г. старики тайно молились в лесу, вспоминая "огненный май 1864 года"».
Источники
- 1. Архивные документы: Рапорты генералов Евдокимова и Геймана (1864 г.), РГВИА. Ф. 846. Оп. 16. Д. 689.
- 2. Отчёты ОГПУ за 1927 г. о настроениях в ауле Хакурино-Хабль.
- 3. Этнографические записи: Сборник Айтека Намитока «Черкесские песни-плачи» (Дамаск, 1938).
- 4. Полевые дневники Самира Хотко (Адыгейский НИИ, 1990-е гг.).
- 5. Современные исследования: Критический анализ книги А.А. Епифанцева «Неизвестная Кавказская война. Был ли геноцид адыгов?» (2010).
ЧИТАЕМ
СМОТРИМ
Внимание! Если Вы в мобильной версии:
Нажмите меню браузера и выберите «Версия для ПК»
