ЧИТАЮЩАЯ ЧЕРКЕСИЯ
Книга — хранительница народной памяти и источник вечной мудрости предков
⚜️ Клятва на могиле жениха и трагедия революции
Автор: Анзор Арахов
Я уже много лет рассказываю знакомым о судьбе одной удивительной женщины из нашей семьи. Звали ее Гуащлана. Хоть она была моей дальней родственницей, она была частым гостем в нашем доме. Мое детство часто проходило в селении Анзорей.
Сразу скажу, Гуащлана была не просто бабушкой, приходившей в наш дом, а полноценным членом нашей семьи. Гуащлана была уважаемой и почитаемой всеми сельчанами, к ней обращались часто за советами и приглашали старшей на разные семейные мероприятия односельчане. Она закончила в молодости медресе, была правоверной мусульманкой и хранительницей многих обычаев, знатоком в вышивании и многого другого.
Хочется подчеркнуть, что она была и как человек необычной, непохожей на других сверстниц, обладала здравым рассудком и внешними признаками, словно аристократка, еще в те, советские времена, что явно было необычно для сельчан. Приведу один пример: Гуащлана в ясную летнюю погоду ходила с зонтиком, остерегаясь солнечных лучей и загара.
Гуащлана обладала повадками аристократизма по всем канонам, но всю жизнь прожила в Анзорей, добывая хлеб своими руками, и избегая любую работу в колхозе или других организациях государства, ни одного дня не работая на советский строй. Жила тем, что собственными руками умудрялась заработать: занималась шитьем, вязанием веников, сажала табак для торговли и многое другое. Еще в конце 80-х, когда ей уже было за 90 лет, она продолжала активно работать одна на собственном участке, неустанно, целыми днями. А ближе к вечеру приходила к нам, к моей прабабушке Аминат, которая была ее невестка.
Клятва на могиле Мурзы
Гуащлана никогда не выходила замуж, и причиной этому была клятва, данная на могиле жениха. Произошло это во времена революционные (как она сама часто выражалась на адыгском: «шыгурыхъухэр тепщэ щыхъуэ»). К сожалению, из рассказов самой Гуащланы сейчас я не все могу вспомнить сам. Я неоднократно слышал еще от односельчан уже в 90-х, но фамилию жениха не помню. То ли Мурза его звали, или Мурза было приставкой к фамилии, но точно помню, что «Мурза» было при упоминании жениха.
Мурза служил в войске Заурбека Даутокова и, по рассказам Гуащланы, смерть свою он нашел на одном из выступлений перед сельчанами, призывая не поддаваться обещаниям так называемой новой власти и не поддаваться сулящим благам. И расстрелян он был Видяйкиным с поспешниками. Это событие помнили некоторые жители Анзорей, и в юности я много раз его слышал из уст старших.
Суд над душегубом
После задержания Видяйкина, Заурбек Даутоков отправил повозку за Гуащланой в Анзорей, чтобы ее привезли на место суда душегуба ее жениха. Когда Гуащлана рассказывала эти события, утверждала, что она была единственная женщина среди солдат и горожан, которые собрались вершить суд над извергом.
Суд был скорым, и приговор — суровым. Но для Гуащланы это не было триумфом. Это было лишь началом долгого пути.
Живое напоминание эпохи
Она осталась жить в Анзорей. Ее жизнь, полная скорби, стала живым напоминанием о той революционной эпохе, когда рушились судьбы, а клятва, данная на могиле, могла определить весь дальнейший жизненный путь этой женщины.
ЧИТАЕМ
СМОТРИМ
Внимание! Если Вы в мобильной версии:
Нажмите меню браузера и выберите «Версия для ПК»
